интернет-журнал ArtРЕПРИЗА » Театр » Музыкальный театр » "Богема" в "Новой Опере": музыкальная мелодрама в зрительных образах

 
 
 

"Богема" в "Новой Опере": музыкальная мелодрама в зрительных образах

Автор: Ольга Пурчинская от 8-12-2015, 06:23, посмотрело: 798

Их рабочий день может закончиться около полуночи. Значит, отдыхать они отправятся не раньше двух – трех часов ночи. Спать потом будут, возможно, до полудня. «Невероятно!» - скажут многие. И ошибутся. Ведь существуют люди, чья деятельность придает невероятные силы. Малейшее, поверхностное соприкосновение с нею позволяет очистить душу, многое переосмыслить, по-новому взглянуть на актуальные проблемы, как глобальные, так и личные.

Кто они, эти волшебники? Актеры, музыканты, художники, писатели, поэты и т.д. В общем, деятели искусства, социальный слой, получивший когда-то название «богема». Отдавая себя творчеству практически без остатка, они создают произведения, скрывающие глубокий внутренний смысл, заставляющие «читать между строк», позволяющие увидеть что-то неведомое, удивительное, невероятное. Жители артистического мира работают, увлекаясь, по 24 часа в сутки. Между тем, доходы их зачастую невысоки и нестабильны. В результате – постоянные голод, холод и, как следствие, регулярные недомогания, приводящие порой к летальному исходу в весьма молодом возрасте, на самом пике развития своего таланта.

Это – краткое описание биографий многих представителей творческой интеллигенции, населявших мансарды домов парижского квартала Монмартр в далеком прошлом. О бедных, но почти гениальных молодых людях французский писатель и поэт Анри Мюрже (1822 – 1861) создал роман «Сцены из жизни богемы», ставший впоследствии литературным источником для многих сценических произведений: оперы Джакомо Пуччини (1896) и Руджеро Леонкавалло (1897) с одинаковым названием «Богема», оперетт Имре Кальмана «Фиалка Монмартра» (1930) и Франца Легара «Граф Люксембург» (1909).

Ярким, эмоционально окрашенным, драматически накаленным, одним из самых популярных у нас в стране является опус Пуччини. В одной только Москве «Богема» уже давно регулярно попадает в репертуар сразу двух театров – Большого и Московского академического музыкального театра имени К.С.Станиславского и В.И.Немировича-Данченко.

4 декабря 2015 года на «богемном» небосклоне столицы зажглась третья звезда: в театре «Новая Опера» имени Е.В.Колобова состоялась премьера необычной версии «Богемы» Дж.Пуччини. Режиссер – Заслуженный деятель искусств России Георгий Исаакян. Дирижеры-постановщики – Фабио Мастранджело и Андрей Лебедев. Сценография и костюмы – Хартмут Шоргхофер. Художник по свету – Сергей Скорнецкий. Мне удалось попасть на заключительный «аккорд» премьерной серии – спектакль 6 декабря.

Концептуальное решение Георгия Исаакяна таково, что каждый зритель может увидеть в постановке что-то свое, уникальное, глубоко личное. Потому сразу оговорюсь: все, сказанное ниже, основано на моих личных наблюдениях и может не соответствовать замыслу режиссера.

Жанр постановки я определяю как музыкальную мелодраму в зрительных образах. Автор спектакля отправляет нас в путешествие во времени и пространстве. Едва поднимается занавес, как публика оказывается в Париже второй половины 1940-х годов. Только что закончилась Вторая Мировая война, и в Старом Свете наступила эра безграничных надежд, веры в светлое, счастливое будущее. Но это – лишь мечты, не ставшие основой для активной деятельности. Ожидая глобальных перемен, люди не стремились что-нибудь изменить.

…Итак, с поднятием занавеса мы оказывается в небольшом помещении. Георгий Исаакян и Хартмут Шоргхофер «поселили» поэта Рудольфа (лауреат Международных конкурсов Андрей Дунаев, тенор), художника Марселя (лауреат Международных конкурсов Василий Ладюк, баритон), музыканта Шонара (Артем Гарнов, баритон) и философа Коллена (лауреат Международного конкурса Евгений Ставинский, бас) в небольшой комнате. Обстановка скромна, даже аскетична: лишь печка и несколько стульев. Стены давно не крашены, но даже в таком виде они представляются скорее произведением искусства какого-то необычного направления, чем на элемент запущенной квартиры. Но самое интересное в этом помещении – огромное окно. Точнее, зеркальное отражение часов, внутри которых все и происходит. Стрелки не движутся, время словно остановилось здесь. А, может быть, это вдохновения нет? Или счастье никак не посетит этот дом? А ведь на дворе – канун Рождества, и так хочется, чтобы произошло Чудо!

Волшебство случается прямо на наших глазах: едва Рудольф остается один, чтобы дописать статью, как к нему в комнату входит соседка – белошвейка Мими (лауреат Международных конкурсов Ирина Лунгу, сопрано). Точнее, героинь здесь сразу две. В контакт с поэтом вступает двойник Мими (Жанна Аверина), который не скажет ни слова. Все свои мысли и чувства герои поведают друг другу, находясь на разных концах сцены. При этом у зрителей сохранится ощущение, что они находятся рядом.

«Рождественская» сцена – веселый, яркий эпизод. Ведь даже в самые непростые времена людям хочется зрелищ, возможности расслабиться, почувствовать себя беззаботным ребенком. Чего на центральной площади Парижа только нет! Здесь и сладости, и фрукты, и согревающие напитки, и приятные мелочи (кружева, украшения, заколки и т.д.), и игрушки, и даже пушистый снег – истинный символ зимнего праздника! Повсюду – атмосфера радости, счастья, ожидания чуда. Множество детей до того расшалились, что родители с огромным трудом забирают их домой. В этой суматохе малыши чуть не пропустили Событие – появление самого Санта-Клауса, точнее, переодетого господина Парпиньоля (Антон Бочкарев, тенор), бродячего продавца игрушек. Он летит на связке воздушных шаров, внутри огромного круглого отверстия (того самого места, где еще совсем недавно были остановившиеся часы).

Среди гостей этой ярмарки – Марсель, Шонар, Коллен, Рудольф и его Муза – Мими. Повеселившись там, друзья отправляются в ресторан, погреться и отметить Рождество на широкую ногу. Вскоре там все заискрит, ведь появится ярчайшая звезда Латинского квартала – гризетка Мюзетта (Екатерина Миронычева, сопрано) – в сопровождении Альциндора (Андрей Фетисов, бас), своего нового кавалера.
Здесь есть все – и итальянские страсти, и сильные чувства, и зашкаливающие эмоции. А в любом конфликте неизменно побеждают дружба и любовь. Но кое-кого ожидает весьма неприятный сюрприз.

Между первым и вторым действием спектакля проходит год. Марсель и Мюзетта помирились после очередной размолвки и переехали жить в дом, где дают уроки пения и занимаются покраской помещения. Шаткое финансовое положение временно стабилизировалось.
Мими и Рудольф по-прежнему вместе, хотя и пробовали несколько раз расстаться. Героиня тяжело больна, и ей необходимо лечение, которое на скромное жалованье поэта обеспечить невозможно.

Декорации здесь представляют собой интерьер ремонтируемой комнаты с красящимися стенами и компактно сложенными столами и стульями. Волшебный центральный круг теперь напоминает лестницу, уходящую по спирали внутрь, в пустое пространство. И все здесь выдержано в черно-серой цветовой гамме.

"Богема" в "Новой Опере": музыкальная мелодрама в зрительных образахДраматичные события третьего акта разворачиваются спустя еще тридцать лет. Все меняется – люди, характеры, образы, стиль в одежде, поведении и взаимоотношениях. Меняются и наши герои. Марсель, Шонар, Коллен и Рудольф теперь – убеленные сединами люди почтенного возраста. Впрочем, изменения коснулись лишь внешнего вида деятелей искусства. Материальное положение и характер взаимоотношений остались такими же, как в самом начале истории: им вновь нечего есть и пить, опять нет денег даже на минимум, но все же, благодаря счастливому стечению обстоятельств, проблему удается решить одному за всех.

Личная жизнь также не балует: после того, как Марсель расстался (по традиции, навсегда) с Мюзеттой, а Рудольф – с Мими, у них не получается творить: музы постоянно возникают в их памяти, лишая возможности создавать что-то новое, интересное.

Но вскоре девушки вновь появляются в поле зрения своих возлюбленных. Мюзетта, одетая и причесанная уже по современной моде, все также юна, ярка и эмоциональна. Мими за долгие годы не изменилась вообще. Возможно, это мечта, прекрасное воспоминание, навсегда оставшееся в душе не только Рудольфа, но и всех его друзей.

Мими очень больна, находится буквально на последнем издыхании. В финальной сцене, как и в начале спектакля, она появляется вместе с немым двойником. Очень сильное впечатление производит эпизод, когда герой обращается к неподвижно лежащей Мими, а голос ее, словно душа, парит по сцене, чтобы в конечном итоге раствориться, исчезнуть, улететь в никуда.

А декорация в последнем действии представляет собой выставку современного искусства, настолько модного и концептуального, что все гости выражают бурные восторги гениальному художнику Марселю, а на самом деле, вероятнее всего, не понимают абсолютно ничего. Что это? Мечты талантливого мастера, так и не сумевшего поправить своего материального положения? Или суровая правда современности, говорящая о том, что в наши дни интерес широких масс продиктован не интересными работами, а словом «модный»?
Сцена представляет собой белую стену. А центральный круг окрашен синим цветом. Возможно, это небеса, в которые устремилась душа Мими.

Музыка оперы «Богема» наполнена сильными чувствами, эмоциями, переживаниями. Каждая перипетия драматичного сюжета, характеры героев и их взаимоотношений находят отражение в богатейшей палитре средств музыкальной выразительности, крайне щедро использованных Дж.Пуччини. Симфонический оркестр театра «Новая Опера» под управлением Фабио Мастранджело не просто создавал фон действию, а деликатно погружал зрителей в замкнутый, тонкий и прекрасный внутренний мир обитателей Монмартра. А это – лучший способ понять нюансы сложной, замкнутой, ранимой, благородной и подвижной творческой души.

Каждый герой постановки в исполнении истинных мастеров не только оперного, но и драматического искусства – это яркий образ, целостный, гармоничный, позволяющий понять, насколько близки друг другу представители разных творческих профессий.

Ирина Лунгу в роли Мими – удивительное сочетание трогательной, прозрачной хрупкости с яркой энергетикой и харизмой. Настоящий символ чистой, светлой души. Теплый, глубокий голос отражает яркую, эмоциональную героиню, такую, какой она могла бы быть, если бы не тяжелый недуг. Внутреннее сияние и озорные «чертики», появившиеся в глазах героини в сцене праздника, ее умение радоваться даже приятным мелочам, возможно, и стали причиной отсутствия каких-либо визуальных изменений в конце истории, спустя тридцать лет.

Рудольф в исполнении Андрея Дунаева предстал истинным лириком, поэтом, умеющим красивыми речами мгновенно завоевать сердце незнакомой девушки, но… пасующим перед настоящими трудностями. Символ поэзии, воплощение слова, обладатель нежного, кристального голоса, он сам становится источником вдохновения для своей прекрасной Музы.

Марсель в этой постановке предстает главным героем, инициатором всего происходящего, центральной силой многих конфликтов. Василий Ладюк создал образ эмоционального, вспыльчивого, очень легко выходящего из себя, но при этом очень доброго, искреннего, заботливого человека, раба собственного настроения, но готового на многое ради друзей.
Один из запомнившихся эпизодов – момент во втором действии, когда Марсель красит стены в своем временном жилище. Но маляр-то из него явно не такой хороший, как художник! Совершенно разные виды деятельности!
Голос певца, яркий, насыщенный, бархатистый, передает богатейший спектр отношений его героя со своей возлюбленной.

Мюзетта в исполнении Екатерины Миронычевой подобна новогоднему фейерверку: живая, веселая, обаятельная, воспламеняется легко, словно спичка. Доброта и положительная энергия, искрящаяся натура и харизма роднят возлюбленную Марселя с комической героиней оперетты.
Голос певицы эффектно рисует то веселую кокетку, то рассерженную музу художника, то добрую, заботливую девушку, чуткую к беде другого человека и готовую пожертвовать многим ради по-настоящему нуждающейся подруги. И все это – с чисто итальянским накалом страстей!
Мюзетта – человек действия, она хотя бы пробует что-то предпринять прежде, чем объявить ситуацию безвыходной.

Философ Коллен Евгения Ставинского – символ спокойствия, вальяжности и рассудительности, привыкший довольствоваться лишь самым необходимым, подобно Диогену. Его любимый «спутник» - старое, поношенное пальто, которое, по собственному утверждению персонажа, никогда не будет принадлежать богатому и успешному человеку. Это – почти фетиш, друг, соратник и муза. Но в момент, когда денег нет, зато есть нуждающиеся в срочной помощи, Коллен принимает важное решение и избавляется от матерчатого «идола».

Четвертый обитатель мансарды – музыкант Шонар. В исполнении Артема Гарнова он предстает энергичным, предприимчивым человеком, любящим, в то же время, долгие разговоры и вальяжные пиры. В общем, типичный творческий человек, вынужденный, тем не менее, вести активный образ жизни, чтобы обеспечить себя (и друзей!) хотя бы небольшими деньгами, достаточными для оплаты жилья и скромного пропитания.

Один из самых моих любимых эпизодов – первая сцена последнего действия, когда Марсель и Рудольф пытаются отвлечься от печальных дум о своих музах и пытаются заняться творчеством. Появление Шонара и Коллена приводит к шуточным дуэлям и оригинальным танцам, на контрасте еще больше усиливающих эффект от драматичной развязки.

Яркие, запоминающиеся личности – не только главные герои, но и персонажи, появившиеся в спектакле лишь на несколько минут: домохозяин Бенуа (Сергей Тарасов, бас), пытающийся получить от квартирантов оплату за три месяца и, благодаря удачно поставленной ловушке, уходящий несолоно хлебавши; немолодой уже ухажер Мюзетты Альциндор (Андрей Фетисов), для которого канун Рождества обернулся чередой неприятных сюрпризов; бродячий продавец игрушек Парпиньоль (Антон Бочкарев), чье эффектное появление заставило на минуту поверить в чудо; а также – продавец фруктов (Андрей Стебеньков), мальчик (Матвей Мосолов) и таможенные сержанты (Иван Петров, Кирилл Троицкий).

Артисты хора «Новой Оперы» предстали в образах студентов, гризеток, горожан, торговцев, торговок и официантов в кафе. Вместе с хором Детской музыкально-хоровой школы «Пионерия» имени Г.А.Струве они создали в сцене Рождества атмосферу уюта, радости и счастья, столь необходимые людям всех возрастов и профессий, особенно в этот волшебный праздник.

…Как уже было сказано выше, жанр новой постановки мной был определен как музыкальная мелодрама в зрительных образах. Действительно, каждый герой, каждый эпизод представляется неким знаком, символом. Например, уходящая, растворяющаяся душа Мими кажется олицетворением чего-то привычного, дорогого, любимого, того, что «имеем - не храним, потерявши - плачем». Может, стоит позаботиться о том, что для нас важно, чтобы сохранить это максимально долго?

Концептуальная режиссура Г.Исаакяна в сочетании с эмоционально насыщенной музыкой Дж.Пуччини и яркими актерскими работами создает спектакль, который производит неизгладимое впечатление, заставляет о многом задуматься и вызывает непреодолимой желание смотреть его снова и снова. Поздравляю театр «Новая Опера» с такой необыкновенной «Богемой»!

Ольга Пурчинская

Фотография Марины Айриянц

еще фотографии

Категория: Театр » Музыкальный театр