интернет-журнал ArtРЕПРИЗА » В гостях у звезды » Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства"

 
 
 

Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства"

Автор: Ирина Обухова от 9-04-2010, 22:44, посмотрело: 14440

Беседовала Ирина Обухова

Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства"

Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства" Не зря его называют «человеком эпохи Возрождения»: режиссер, наследник традиций Висконти и Таирова, реформатор театрального языка; он же и ученый-историк, опубликовавший монографию, перевернувшую наше представление об эпохе Наполеона; наконец, певец – тенор, которому подвластны сложнейшие оперные партии. И все это к 28 годам! На встречу в уютном итальянском ресторане он явился в лиловой рубашке с невероятно высоким воротом, в столь же эстетском пиджаке, и блистал самоиронией и обаятельно наглым интеллектом. В нашей беседе Евгений еще раз подтвердил свой статус самого отважного правдолюбца.

И.О.: Евгений, у меня к вам сразу главный вопрос: кино действительно убьет театр?
Е.П.: Ну, что вы! Видели бы, какой «театр» начался в приемной у одного моего знакомого чиновника, когда ему недавно доверили распределять деньги на отечественное кино!

И.О.: Да, наверное, это было весело! Но все же: вы ведь во всех интервью заявляете о «катастрофе» - с чем она связана?
Е.П.: На самом деле, это катастрофа не только в театре. Понимаете, история, конечно, развивается по спирали, но бывают качественные изменения – и вот одно из таких мы сейчас переживаем. Человек задавлен техникой, если люди продолжат смотреть компьютерные дурилки типа «Аватара», то вскоре их интеллект деградирует до уровня интеллекта бактерии. Это одна крупная причина катастрофы, а другая – в том, что мы живем в век победившего плебейства. Шариковы размножились, и они диктуют условия игры. В прошлом веке пролетарии получили не только пенсию и оплачиваемый отпуск, но еще, благодаря тому же развитию техники, они установили диктат массовой «культуры». Все встало с ног на голову. От этого и гибнет настоящее кино и театр (да и музыка – за тридцать лет в мире ни одной приличной песни не сочинили).
Например, я страшно мучаюсь с актерами моего поколения. Обычно это выглядит так: некий Петя или Стасик приезжают, например, из Омска, чтобы в Москве сыграть в телесериале Петю или Стасика, приехавших в Москву из Омска. Серьезное совершенствование не входит в их планы. В столице они встречают Нюшу или Галю, приехавшую, например, из Брянска, и по итогам случки на помойке у них появляется «москвич», который вырастает с таким же уровнем культуры, как и у родителей. Эту поросль интересуют только легкие деньги. А продюсерам выгодно показывать быдлу в сериалах - только такое же быдло. И они не допустят участия приличных лиц, потому что красота оскорбляет уродов, как и интеллект, оскорбляет тех, кто, как большинство, живет животной жизнью. Здесь нет места жизни мысли и сердца. Причем, я хочу подчеркнуть, дело не в провинциальном происхождении: многие ставшие затем выдающимися художниками или учеными, приехали из провинции, но они сделали все, чтобы впитать в себя знания и культуру, а большинство на это неспособны. Сейчас, кстати, совершенно потеряла смысл фраза «приехать покорять Москву»: кого покорять-то? Здесь уже не осталось москвичей! Я понятно объясняю?

И.О.: Более чем! Но это так страшно!
Е.П.: Страшно это бездумное размножение! Обратите внимание: чем ниже по развитию класс вида живности, тем больше потомства: насекомые порождают сотни личинок, четвероногие млекопитающие - штук по десять «потомков», а вот у двуногих есть выбор между качеством и количеством; но, к сожалению, большинство выбирает производство биомассы. Знаете это выражение: «нас у матери двенадцать человек было – и ничего, всех воспитала» (и «воспитанник» вытирает рукавом рот от похлебки)? Все проблемы от перенаселения! Нищим надо запретить плодиться – от них все революции, войны. Меня бесят эти репортажи из всевозможных азиатских республик, где показывают, как «несчастные» матери, указывая на пятнадцать немытых детей, говорят о голоде, а тупые корреспонденты понимающе кивают! Какого черта она их рожала!? Она преступница! Такие же репортажи из Африки – показывают дистрофических родителей и с десяток подобных отпрысков. Надо быть не в уме, чтобы посылать им гуманитарную помощь. Это же все двинется сюда! Уже двинулось! Вот сейчас переворот в Киргизии, а там уже полно в горных районах исламистских группировок.
Все просто как дважды два: нищие и необразованные двуногие – легкая добыча примитивных идеологий. А как бороться: что кормить эту скотину, целые страны на дотацию ставить? И ведь ставят! Миллионы долларов тратят, лишь бы какой-то прожиточный минимум обеспечить. А я не желаю, чтобы за мой счет кормили и вооружали варваров… Да, пардон, я увлекся. Если возвращаться к актерам, то это проблема подхода. Актера в вузовском инкубаторе не воспитаешь. Только индивидуально, только через встречу, судьбу. Надо душу вкладывать.

И.О.: Неужели нет выхода?
Е.П.: Я не вижу – это порочный круг.

И.О.: А как же ГИТИС и другие театральные институты?
Е.П.: Эти «лавочки» давно пора закрыть! У нас нет сейчас приличной школы, вузы выпускают студентов, совершенно не владеющих профессией. Сама система, где дети за государственный счет играют маразматические этюды про лягушек, а потом мучают одни и те же рассказы покойного и бессмертного Чехова, чтобы после этого в каком-нибудь отхожем месте, типа «Практики», играть матерные пьески, сама эта система не имеет права на существование! Сейчас мы вместе с одним из самых крупных игроков на рынке PR-технологий, Татьяной Трубниковой, организовали актерское агентство, с целью найти приличные кадры, с нуля раскрутить их и устраивать им работу, в том числе и за границей, благо у меня есть масса возможностей. И вот мы, как порядочные, отправились в ваш любимый ГИТИС. Первое, что мы заметили, это двух «девушек», которые умудрялись одновременно бить друг другу морду, при этом курить, ругаться матом и валяться у институтского подъезда. Затем мы отсидели бездарный экзамен, где дети надрывали глотки при полном отсутствии смысла, после чего на лестнице поймали одного студента (оказался с курса Женовача), который, как оказалось, никогда в жизни не слышал таких имен, как например, «Алла Демидова» и «Жан Габен». Какого черта его туда приняли! Кто позволил?!

И.О.: Ну, хорошо, я так понимаю, что и к вашим коллегам у вас претензии не менее серьезные…
Е.П.: Да проблема в том, что большинство из тех, кого вам вбивают в голову через СМИ, я просто не могу назвать «коллегами»! То, что производит, к примеру, Серебренников, на сто первый километр высылать надо! У него шекспировские Клеопатра с Антонием наряжены в костюмы чеченских террористов - и далее в том же духе.

И.О.: И вы, наверное, присоединитесь к критикам новой «Летучей мыши» в Большом театре?
Е.П.: А что там критиковать!? Это вообще нельзя всерьез обсуждать – настоящее ублюдство, нет у меня другого слова! Мне половина труппы в трубку рыдает! Этого белобрысого безмозглого, так сказать, постановщика ремнем драть надо!

И.О.: А вот у меня тогда вопрос: кто же его пригласил ставить в главный театр страны?
Е.П.: Вы милая девушка, но совершенно не представляете размеров наглости той, так сказать, «мафии», которая двигает таких, как Бархатов и Черняков. Этому последнему даже «Золотую маску» выдали за то, что он изувечил вердиевскую «Аиду». Радамес в семейных трусах пел романс «Небесная Аида» в пьяном виде у фонарного столба, сама Аида была с автоматом, после чего начались взрывы и на сцену Кремлевского дворца выкатились грузовики. Тут нечего «критиковать», тут надо розгами на площади сечь!

И.О.: Хорошо, давайте немного отвлечемся от темы искусства. Сейчас все обсуждают теракты. Как у историка и политолога, у вас есть идеи, как можно остановить этот ужас?
Е.П.: Никак. Я давно написал, еще в журнале «Коммерсантъ-Власть»: идет нонконвенциональная третья мировая война, ее двигатель – исламский терроризм. Но в разных странах - своя конкретика. У нас есть всем известный беспокойный регион. Знаете, я на днях был в одном крупном торговом центре, навстречу мне шел молодой парень, лет семнадцати, но уже, как у них водится, с сильной щетиной и в кошмарных тренировочных штанах. Так вот он, никого не стесняясь, весьма громко сказал по телефону: «только «ствол» оставь в машине, а то охранники пристают». Вот вы смеетесь – да, это трагикомедия.

И.О.: Так вы охранникам сообщили про этого парня?
Е.П.: Деточка! Каким охранникам?! Вы хотя бы задумались о том, кому может принадлежать этот торговый центр?

И.О.: Да, все - вопрос снимаю.
Е.П.: Короче говоря, нам надо четко осознать, что пора забыть все старые и неактуальные противоречия, всю эту рухлядь истории. Франция не должна соперничать с Англией, США с Европой, а Россия припоминать Германии вторую мировую. Теперь у всех есть один враг, причем в сто крат боле опасный.

И.О.: А как же юбилей победы?
Е.П.: Это какой, прости: 1945-го или 1812-го года? А то ведь у нас тут «злые» французы, «бусурмане», а через несколько дней их же взасос чествуют за эскадрилью «Нормандия-Неман». Знаешь, это все уже давно превратилось в фарс. И вообще, тебе не кажется, что за 65 лет пора бы еще чего-нибудь значительное совершить в какой-нибудь области, а то наши машины не ездят, моды нет, компьютеры привозные, даже картошка импортная. Мой дед – фронтовик, китель неподъемный от наград, всю жизнь проработал в противоракетной обороне, и вот однажды в магазине он удивился: «смотри, Женя, какие интересные тряпочки от пыли: уже нарезанные, влажные и в упаковке». Понимаешь, пока мы тут надрывали экономику, делая неэффективное оружие и вооружая окружающих бандитов (лишь бы насолить Америке), они там для людей вещи придумывали.
Уж если говорить о патриотизме (хотя лучшие умы мира всегда считали это вреднейшим явлением), то я уверен, что надо хотеть сделать родину лучше, а не консервировать старые пороки. Кроме того, еще фронтовик Булат Окуджава вопрошал: «а чего вы празднуете 9 мая: просто один фашизм победил другой». В сталинских лагерях погибло больше людей, чем в нацистских, и дикий режим тут задержался куда дольше: и что страшно – ничего подобного Нюрнбергскому процессу проведено не было (от этого и все несчастья). СССР был империей зла и лжи. И потом, я, например, не знаю, как на улицу в общественные праздники выходить – все пьяные, кругом битые бутылки – варварство. В армии сейчас дикости творятся, дедовщина, смертность в мирное время: в этой ситуации праздник – лицемерие. Между прочим, теперь тебе вопрос – на сообразительность. Как ты думаешь, на сколько, в связи с высокой смертностью, сократилось число ветеранов войны за истекший год?

И.О.: Ну, не знаю, наверное, очень сильно.
Е.П.: Девонька, это число увеличилось на триста тысяч!

И.О.: Это как это?
Е.П.: Очень просто - появился материальный интерес (программа выдачи квартир и всего прочего), вот и стали они размножаться нечеловеческими методами.

И.О.: Кстати, прочитав вашу книгу, развенчивающую мифы о войне 1812 года, я была потрясена – как же нас обманывают!
Е.П.: И это несложно! Все выдумали: превратили очередную антифранцузскую коалицию в «отечественную» войну! А о том, что термин впервые появился по указке Николая I в 1837 году, что были десятки крестьянских бунтов – молчат. Россия была крепостнической страной, большинство населения – обыкновенные рабы, которых секли и распродавали по одиночке. Многие крестьяне рубили себе руки, чтобы не идти в ополчение, которое, между нами говоря, было создано не в 1812 года, а в 1806 году - для очередной попытки интервенции во Францию. Своей бы головой подумали: как русские очутились под Аустерлицем? Что Кутузов забыл в 1805 году у границ Франции? Если в двух словах: экономически развитая Англия пыталась раздавить Францию, год за годом покупая «пушечное мясо» - солдат на континенте (и, прежде всего, русских). В этом ей помогал царь Александр I, который завидовал Наполеону совершенно клиническим образом. В войне двенадцатого года был только один победитель – это Британия. Вам и Бородино преподносят как победу. Феноменальная наглость! Русская армия превосходила французскую, находилась в укрепленной позиции, при этом потеряла больше наступающей стороны, а потом оставила Москву, которую, кстати, сжег генерал-губернатор Ростопчин, и в которой Кутузов оставил на смерть 20 000 русских раненых. За всю войну Наполеон не проиграл ни одного сражения: Смоленск, Бородино, Малоярославец – победы! Он даже умудрился вырваться из спланированного окружения на Березине. Все дело решили пространство и климат. Вот уж реально страшный «вояка»: я в декабре ставил юбилей Образцовой в Большом театре, приехали великие оперные звезды из Италии и Франции, а было минус тридцать – и они все и заболели. И съемки фильма переношу, дожидаясь раритетных теплых дней. Не для жизни это местечко.

И.О.: Еще я на днях смотрела ваше блистательное выступление в передаче «Час Кучера» на телеканале «Совершенно секретно» на эти же темы!
Е.П.: Да, у меня был час – это приличный формат, а то сейчас сплошное мельтешение.

И.О.: Вы, наверное, единственный, кто отваживаетесь говорить такие истины, причем, и в СМИ.
Е.П.: На самом деле, вам даже сложно будет представить, какие высокие и властные чиновники изучают мои работы и разделяют выводы. Но, как сказал мне один из них: «Евгений, я лично полностью с вами согласен, но все это не для населения». Поэтому у меня полно выступлений на дециметровых каналах, в элитных журналах (это власть устраивает), а на центральных каналах мои интервью вырезаются до состояния «Здравствуйте, дорогие телезрители … и – до свидания». Я теперь уже сразу им рассказываю про ботиночки, рубашечки, погоду – ясно, что все важное вырежут.

И.О.: Должна признаться, что пока не прочитала ваши работы, я просто не верила, что вы с такой внешностью можете быть ученым или режиссером.
Е.П.: Да, я и сам мучаюсь: я же неисправимый эстет – хочется, чтобы те, у кого есть интеллект, были бы еще и физически привлекательны. А это на практике практически не встречается. Вот вам и тема одиночества поэта.

И.О.: Евгений, а почему вы практически перестали писать политологические статьи?
Е.П.: Мне просто надоело кричать в пустыне. Все агонизирует, и я не хочу в этом участвовать. Мне приятней сочинять стихи, гулять. Я даже не хочу рассказывать вам многое их того страшного, что знаю. Вот буквально утром общался с одним крупным чином из ФСО – он поведал мне столько кошмарных историй про террористов и тому подобное, что и вспоминать нет желания. И потом, в политике все просто как дважды два. А вот искусство приоткрывает вуаль потаенного.

И.О.: Да, стоп! Я тут мучилась – и вспомнила: а полет Гагарина! Ведь это наше достижение! Правда, американцы потом высадились на Луне, но тем не менее!
Е.П.: Долго мучилась. Слушай, если всей страной жить в антисанитарных и нищенских условиях, чтобы на полминуты раньше соседа послать несчастного паренька куда подальше, то это вовсе не великая победа. И вообще: это большое заблуждение думать, что он «был» в космосе. В космосе были Бах, Моцарт, Леонардо, Лермонтов: и им было не обязательно высоко прыгать. А все эти ребята, куда не запусти – везде останутся как Васька на завалинке. Мы же совершенно не понимаем, что такое метафизика. Вот композитор Клод Дебюсси, написавший «Лунный свет» и я, это по-настоящему услышавший, мы были на Луне. А тех просто тошнило на большой высоте – и все дела.

И.О.: Ну, ладно – а как вам праздники другого рода, Пасха, например?
Е.П.: Опять-таки, вы имеете в виду Пейсах, или Пасху?

И.О.: Например, Пасху. Христос воскреси!
Е.П.: Да, ну!?

И.О.: Ну, так все говорят!
Е.П.: Деточка, если бы он воскрес, то показал бы этим попам на Мерседесах с сотовыми телефонами под рясами и с алкогольным бизнесом, «где раки зимуют». И вообще, это же все театр, раньше, до второго века, Пасху праздновали каждую неделю в воскресенье, потом решили не мелочиться. Кстати, курьез: благодаря смене старого на новый стиль, подсчитано, что в 9997 году Рождество придется на 8 марта, на день Клары Цеткин и Розы Люксембург. Понимаешь, не могу я видеть этот паноптикум, когда по главным каналам государства, которое, по Конституции, светское, показывают «крестный ход» со всеми этими комсорговскими физиями. Давай не так серьезно ко всему подходить. Я, как ты знаешь, большой эстет, хотя я всякую церковь не очень жалую (все они лавочки для отъема денег у темного населения), но, например, католические или протестантские священники в моих глазах сильно выигрывают по сравнению с нашими жирными и бородатыми попами. Те зачастую подтянутые, в таких приталенных нарядах, побритые. Знаешь, однажды, в парижском соборе Сен-Эсташ, я наблюдал за службой – и вот там был молодой священник – просто Ален Делон времен «Рокко и его братьев». Такой проповедь прочитает – и поверишь во что угодно – вплоть до непорочного зачатья! Я вообще больше западные церкви люблю: там и посидеть можно, и света больше, витражи потрясающие. Я люблю приходить туда, когда нет народа: и просто сижу, мечтаю, слушаю эхо или органную репетицию.

И.О.: Вот! Париж! Мы вышли, наконец, на оптимистическую для вас тему!
Е.П.: Очень оптимистическую. Приезжаешь как в Африку. Я с детства влюбился в Париж, отснятый Карнэ и Трюффо. И что же я увидел воочию? На Монмартре на тебя сразу накидываются негры с китайскими сувенирами, или еще хуже – там же ходят толпы наших туристов, и все несчастье в том, что я понимаю русский язык – я невольно слушаю все эти дебильные комментарии, говоры, эти туши, постоянно снимающиеся на фоне произведений утонченного искусства.

И.О.: Как же вы спасаетесь от таких реалий?
Е.П.: Ложусь и слушаю музыку: Малера, Вагнера, Пуленка. Стихи Верлена читаю. Гуляю по набережным Венеции. Или в Париже есть несколько еще аристократических районов, где практически нет детей политкорректности и туристов. Устраиваю пикник в Парке Монсо, к примеру. Нет, вообще это страшная беда. Вы только вдумайтесь в текст новостного сообщения: «вчера в Брюсселе состоялась многотысячная демонстрация нелегальных эмигрантов»! Вслушайтесь! Это же, как надо обнаглеть: они нарушители закона, нелегалы – и еще смеют выходить на демонстрацию! Ничего: дадут, как во Франции, шесть пособий – и можно бить благодетелям витрины. Моя хорошая знакомая, бельгийская баронесса – ей 92 года, так вот совсем недавно на нее напал средь бела дня пятнадцатилетний араб, срезал сумку со всеми документами. А другая моя подруга – поехала в Лондон снимать документальный фильм, и на нее тоже напал эмигрант, но та стала сопротивляться; в итоге она получила увечья, а полисмен потом задал ей идиотический вопрос: «а почему же вы ему не отдали сумку?» Европа погибла.

Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства" И.О.: И все же, вы должны быть счастливым человеком, хотя бы потому, что вы имеете возможность общаться с по-настоящему выдающимися людьми! Я знаю, среди них и Пласидо Доминго (на фото слева), и знаменитый сценарист Феллини - Тонино Гуэрра.
Е.П.: Тут я не могу спорить. Юрий Любимов, Виталий Яковлевич Вульф, Радзинский, Елена Образцова, Плисецкая, Зельдин, Торнаторе, Алла Баянова! Мог ли я в детстве подумать, что я подружусь с Татьяной Шмыгой, благодаря которой я так полюбил оперетту, или буду ставить юбилей Образцовой на сцене Большого театра? Кстати, ты знаешь, что самые тонкие и точные слова о моей книге «Танго в одиночестве» сказал не кто-то из близких, родственников, давних знакомых – нет, глубже других оказался Валентин Гафт!

И.О.: Да, ведь «Танго в одиночестве» - это же книга ваших, страшно произнести, мемуаров, которая вышла к 25-летию. Настоящий рекорд Книги Гиннеса!
Е.П.: И за три года много чего можно было бы добавить…

И.О.: Евгений, я прошу прощения, но теперь я еще хотела бы задать вам пару вопросов, касающихся интересов далеких от ваших – я говорю о молодежной тематике.
Е.П.: Вы феноменально тактичны. Я вам припомню.

И.О.: Да, нет! Ну, вы же понимаете, что я не это имела в виду. Просто вы такой уже умудренный знаниями… Так вот: вы можете как режиссер сказать свое мнение о сериале «Школа»?
Е.П.: Даже не хочу и отвечать! Это просто убогая маргинальщина. Я не имею в виду того, что там как-то нечестно изображают наших сограждан, просто снимать банальное уродство - это преступление. Уродства полно в жизни, если вы что-то хотите запечатлеть на любом из носителей, то это должно быть чем-то достойным.

И.О.: Думаю, что второй «молодежный» вопрос даже и задавать не буду. Ну, что же, Евгений, спасибо вам за эту необычайно интересную беседу, желаю вам удач в вашем творчестве.
Е.П.: Спасибо, сердешная.

Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства"Режиссер Евгений Понасенков: "Мы живем в век победившего плебейства"

Час Кучера. Тайны Наполеона Бонапарта

Категория: В гостях у звезды









<
  • Публикаций: 0
  • Комментариев: 0
  • ICQ: --
3 мая 2010 09:37

Alena

  • Группа: Гости
  • Регистрация: --
 
Прекрасный текст